«Рождественская песнь» — трехсерийная фэнтезийная драма FX и BBC, созданная по классической повести Чарльза Диккенса, опубликованной в 1843 году. Автором адаптации стал Стивен Найт, известный по «Острым козырькам» и «Видеть». Еще на старте он задумал придать новому проекту атмосферу своей мистической драмы «Табу» с Томом Харди: тревожную, темную и лишенную праздничного лоска. Воплотить эту идею Найту помогли постоянные партнеры из Hardy Son & Baker, компания Scott Free Ридли Скотта и режиссер Ник Мерфи, работавший над сериалами «Летящие сквозь ночь» и «Последнее королевство».
Эта версия «Рождественской песни» делает ставку на психологическую глубину и гнетущее настроение. История здесь не ограничивается привычным рассказом о раскаянии. Она внимательно всматривается в человека, которого давние травмы постепенно превратили в ожесточенного, уставшего от людей мизантропа. Праздничная открытка, как нетрудно догадаться, в таких декорациях долго не продержалась бы.
Эбенезера Скруджа сыграл лауреат «Эмми» Гай Пирс, знакомый зрителям по фильмам «Король говорит!» и «Два брата». Вместе с ним в сериале снялись Шарлотта Райли, Винетт Робинсон, Стивен Грэм, Джо Элвин, Джейсон Флеминг и Энди Серкис.
Сюжет
Эбенезер Скрудж (Гай Пирс), спекулянт с колониальными привычками, терпеть не может Рождество. В сочельник он ведет дела так, словно на календаре самый заурядный рабочий день, и заставляет своего клерка Боба Крэтчита (Джо Элвин) сидеть в конторе до поздней ночи. Жена Боба, которую играет Винетт Робинсон, этому, разумеется, совсем не рада. Скрудж с одинаковым упорством отмахивается от добрых обычаев и портит настроение каждому, кто оказывается рядом.
Однако у Рождества на этого сварливого господина имеются собственные расчеты. Сперва к нему приходит призрак умершего делового партнера Джейкоба Марли (Стивен Грэм). Тот застрял в Чистилище и считает, что Скрудж приложил к его судьбе немало усилий. Затем из плотного лондонского тумана возникают еще три духа. Им предстоит заставить скрягу вновь увидеть болезненные эпизоды детства, пересчитать собственные грехи и пройти через самые мрачные закоулки своей души. А заодно разобраться, почему он стал таким и можно ли теперь что-то изменить.
О веселых колядках, хороводах и звонком детском смехе лучше забыть. Эта экранизация ведет по грязным улицам в свете дрожащих газовых фонарей, где снег напоминает пепел, а перед каждым новым видением медленно подступает липкий, почти осязаемый страх.
