Зов ада (2021) 1-2 сезон смотреть онлайн HD

За что я люблю корейское кино? Вот за это самое «что-то». Почти каждый раз мои мысли о новом корейском проекте начинаются именно так. А когда спрашивают: «Ну и что же это такое?», объяснить внятно почему-то оказывается задачей со звёздочкой.

Если искать одно точное слово, то это ментальность. Именно она. Корейское или японское кино часто узнаётся с первых минут, даже если в кадре нет ни одного азиатского лица. Внутренний ритм, взгляд на человека, паузы, в которых иногда сказано больше, чем в десяти репликах, выдают его безошибочно.

Наверное, зрителей можно условно разделить на три типа:

- первые понимают такую подачу почти на сто процентов и получают от неё настоящее удовольствие;

- вторые видят ценность, считывают подход, порой улавливают и смысл, но всё это им, мягко говоря, не по вкусу. Та самая вкусовщина, которая не нуждается в оправданиях;

- третьи не принимают азиатский контент совсем и спасаются от него при первой возможности, словно от слишком острого кимчи.

Я успела вскочить в вагон корейского кинематографа ещё до того, как он стал модным маршрутом для всех. И тогда меня буквально накрыло восторгом. Наконец нашлось то, чего мне постоянно недоставало в европейском и американском кино. Это чувство долго не давало покоя: вроде бы всё на месте, но чего-то важного не хватает. Только назвать это «что-то» никак не получалось.

Ответ оказался на удивление простым: ментальность. Мне всегда была близка азиатская манера рассказывать истории, их внимание к психологии отдельного человека и общества в целом. Интересно наблюдать, как в очередной раз запускается этот тонкий психологический механизм. Работа здесь огромная: от композиции кадра и диалогов до цветовой палитры и саундтрека. Особенно ярко это заметно в полнометражном кино, хотя в последние годы сериалы уверенно сокращают дистанцию.

Эта подводка нужна не для того, чтобы спеть проекту хвалебную песню. Скорее чтобы подчеркнуть его редкость в пространстве массового контента. Это кино не для каждого, и дело не только в сюжете, но и в самом способе повествования. На первом месте здесь психологическое исследование, а экшен остаётся где-то дальше, не пытаясь перетянуть одеяло на себя.

Возможно, многие ждали чего-то вроде зомби-триллера «Милый дом» или бодрого аттракциона в духе «Игры в кальмара». Но перед нами скорее психологический триллер, чем визуальный. И по итогу я осталась не просто довольна. Даже лучше: с вопросами, которые ещё несколько дней настойчиво крутились в голове и иногда возвращаются до сих пор.

О судьбах героев. Об их поступках. О причинах, которые привели их именно к таким решениям.

Тема общества для корейского кино давно не чужая. Порой её показывают слишком гротескно, почти карикатурно, но вопросы всё равно звучат остро и точно. Что происходит, когда вера становится слепой? Чем отличается слепой страх и как обе эти силы превращают трагедию в общественное зрелище? Почему коллективный разум так легко скатывается в стадное чувство? Кто и какими рычагами способен им управлять?

И, конечно, остаются вопросы к героям. Почему персонаж Ю А Ина с самого начала выбирает именно такой путь? Почему полицейский продолжает держаться за созданную им «идеологию греха», будто она способна удержать мир от окончательного распада? Ответы не лежат на поверхности. И, пожалуй, в этом как раз главная ценность этой истории.

Как ни смешно, даже дорама из шести серий способна показаться затянутой. Истории явно пошёл бы на пользу формат полнометражного фильма часа на два с половиной. Впрочем, во второй половине она заметно оживает. А обилие героев и сюжетных веток можно объяснить просто: «идеологию греха» невозможно рассмотреть под одним углом. Поэтому здесь собраны очень разные люди, каждый со своей болью и биографией. Они сталкиваются даже не столько с грехом, сколько с обществом и его готовыми ярлыками. Кто-то боится смерти, кто-то мучительно не понимает, в чём именно провинился, а кто-то тревожится вовсе не за себя. Финальная арка с ребёнком бьёт особенно сильно. Безусловная любовь родителей, готовых отдать за своё дитя всё, сталкивается с общественными догмами, и те начинают осыпаться, как штукатурка с фасада, который слишком долго выдавали за крепость.

«Это» не экшен и даже не триллер. Скорее размышление, почти роуд-муви по тёмным переулкам человеческого сознания. Зритель отчаянно ищет смысл, пытается нащупать причину происходящего, ждёт, что наконец появится человек с понятной инструкцией и всё разложит по полкам. Но никто не приходит. И полок, похоже, тоже не завезли. Зритель остаётся в той же бессмысленной неопределённости, что и герои. Случайные жертвы, разные судьбы, разные исходные данные: одни почти безгрешны, другие давно испорчены изнутри. Всё как в жизни, где порой что-то просто происходит без ясной причины. А когда объяснения не находится, люди торопливо лепят на кровоточащую рану моралистический пластырь.

Корея снова пытается спрятать артхаус в яркую, почти попкорновую упаковку и через массовый формат поговорить со зрителем о психологии и страхе. Но такая смесь заходит не всем. Кому-то непривычен сам формат, кто-то мало знаком с азиатским контентом, а кто-то смотрит по верхам, не задерживаясь на деталях. Это не упрёк, скорее следствие эпохи стримингов, где зрителя приучили к конвейеру кинематографических консервов: открыл, проглотил, включил следующее.